НСБ «Хранитель» Национальная безопасность Охранная деятельность Видеожурнал "ХРАНИТЕЛЬ"
 
 
 
 

26 июля, 2013 | Вероника КРАШЕНИННИКОВА

Америка: уязвимая и опасная (7554)
СШАРоссияполитика

Западные историки не раз отмечали тот факт, что движущей силой расширения Российской империи служило исконное стремление обезопасить свои рубежи от воинственного и зачастую враждебного окружения. Это вековое чувство уязвимости Россия компенсировала, подчиняя себе один за другим народы, которые в процессе передвижения границ невольно становились ее соседями. В результате она оказалась втянута в инерционный процесс, обретший собственную логику.

Казалось бы, уж кто-кто, а Соединенные Штаты не должны испытывать подобные комплексы. Страна обладает огромным экономическим и политическим потенциалом, тремя дюжинами спецслужб и множеством рычагов давления. На военные нужды Вашингтон тратит суммы, превосходящие совокупный оборонный бюджет восемнадцати других наиболее развитых держав. Однако же Америка озабочена своей безопасностью, как никакое другое государство: в любой точке планеты она найдет врагов и угрозы своим интересам. А реагирует она на эти вызовы более глобально, пытаясь всеми средствами, вплоть до оружия, превратить другие нации в себе подобные.
Чем же объясняется столь острая чувствительность к угрозам и компенсирующая ее агрессивность?

ЮНОСТЬ ИМПЕРИИ

Империя - это механизм с собственной жизнью, сам себя питающий, поддерживающий и воспроизводящий. В некотором смысле он управляет сегодня Америкой даже в большей степени, чем Америка рулит им. Соединенные Штаты не могут соскочить с имперской иглы точно так же, как Россия - с нефтяной.

Генерирование конфликтов заложено в сущности и логике любой цивилизующей империи. Миссия обновляющего политического и культурного воздействия на «отстающие» народы сама по себе сопряжена с конфликтом, ибо устранение последнего варвара, язычника или диктатора подразумевает использование силы и «сопутствующий урон». Как говорил английский философ, экономист и общественный деятель Джон Стюарт Милль, «дух совершенствования не всегда совпадает с духом свободы - иногда его требуется налагать силой на не расположенных к совершенствованию людей». По мере того как империя набирает мощь, ее мечты становятся желаниями, желания - потребностями, потребности - требованиями. Расширяется видение причитающихся прав и интересов. Соответственно множатся сначала факторы, воспринимаемые как угрозы, а затем и действия, рассматриваемые как необходимые ответы на эти угрозы.

С точки зрения исторических масштабов времени Америка - это совсем молодая страна. Как держава она родилась в конце XVIII века, когда большинство крупных государств той эпохи уже прожили долгую жизнь; как империя она начала оформляться с победой во Второй мировой войне. В переводе на человеческий возраст США времен Джорджа Буша-младшего переживают поздний подростковый период (лет восемнадцать), когда мускульная сила достигла максимума, тестостерон бьет ключом и верится, будто мир можно изменить. Юношеский максимализм проявляется в том, что Соединенные Штаты не будут даже разговаривать с другими государствами, пока те не поступят согласно их воле. Страна эгоцентрична и считает, что знает все лучше других; как говорил союзник Америки Уинстон Черчилль, она перепробует все возможные решения, прежде чем найти правильное.

ХРУПКАЯ РЕСПУБЛИКА С МИССИЕЙ СПАСТИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО

Как таковые, американские идентичность и национальная идея тоже характеризуются высоким уровнем конфликтогенности. Ведь в их основе - целый набор представлений. Это и чувство постоянной опасности, завезенное беженцами из Европы. И привычка выживать в тяжелейших условиях, в которых оказались колонисты. И стремление построить идеальное государство как пример остальному человечеству и противопоставление тирании Старого Света. И убеждение в особой миссии спасения мира. И видение себя как воплощение Добра в схватке со Злом. И осознание хрупкости «экспериментальной» конструкции демократии, следовательно, необходимости ее ежедневной защиты. И демонизация других для подтверждения своей добродетели. Все эти представления были институционализированы основополагающими документами.

С тех давних пор национальный генетический код выкристаллизовался в конструкцию с отполированными гранями и острыми углами. Пуританство, наиболее радикальная ветвь протестантизма, видело мир черно-белым, разделенным на «добрых христиан» и «порочных безбожников», «праведных» и «грешных» (Reverend John Cotton, quoted in: Miller P. The American Puritans. New York: Columbia University Press, 1982. P. 314). Именно оно завещало американскому народу веру в то, что он вовлечен в праведное усилие по обеспечению триумфа Света над Тьмой. Согласно английскому философу эпохи Просвещения Джону Локку (1632-1704), сыгравшему наиболее значительную роль в идейном строительстве Америки, только Добро и Зло, поощрение и наказание суть «шпоры и узды, которыми все человечество приводится в действие и направляется». Эта же святая простота и незамутненное восприятие мира эхом откликаются в утверждениях сегодняшних лидеров: вы «либо с нами, либо против нас». Религиозное усердие в Америке, где верующие составляют 92 % населения, питает и ее «гражданскую религию» - либеральную демократию.

Антипримером для американской государственности послужила Британия. Отрицание ее основных атрибутов - монархии, аристократии, тирании, религиозных гонений - выполнило роль рычага в формировании национального кредо молодой страны: демократия, свобода, права человека, законность. Поскольку поселенцы и британцы являлись одной нацией, было бессмысленно требовать независимости, ссылаясь на незаконность господства одного народа над другим, и Бенджамин Франклин находчиво обвинил Британию в нарушении ее собственных принципов свободы и законности. Он представил американское сопротивление как «поддержку свобод Англии». Таким образом Британия стала прототипом идеологического врага.

Сами отцы-основатели рассматривали строительство первой демократии как эксперимент с негарантированным результатом. Уникальность, хрупкость и уязвимость этой модели в окружении монархического абсолютизма были болезненно очевидны. Идея Джона Локка о том, что Бог наделил всех людей равными правами, являлась революционной в эпоху, когда люди верили, будто правами от Бога обладает лишь один-единственный индивид (помазанник Божий монарх). Уникальность американского примера, его противопоставление остальному миру обязывали Америку рассчитывать только на свои силы, а также и на враждебность других.

Пресловутый американский изоляционизм, вопреки сложившемуся мнению, был обусловлен не столько равнодушием к остальному миру, сколько стремлением уберечь чистоту своих нравов и идеалов. Отрекшись от Старого Света, колонисты стремились свести к минимуму контакты с коррумпированной Европой, чтобы не подхватить «заразную болезнь роскоши» и не задушить «деликатные ростки добродетели». Как пишет современный американский историк Уолтер Рассел Мид, «убеждение, будто американская нация, по сути своей, одержима универсальными принципами, постоянно сталкивается с идеей о том, что американские ценности принадлежат исключительно американскому народу и должны быть скорее защищены от чуждого влияния, нежели разделены со всем человечеством» (Mead W. R. The Jacksonian Tradition // The National Interest. 1999/2000. # 58, Winter).

Тот факт, что нынешние поколения хранят верность заветам первых поселенцев, подтверждается результатами исследования политико-культурных ценностей, проведенного в 1996-м Университетом штата Виргиния. 87 % опрошенных не сомневаются, что Америке с самого начала «было предназначено служить примером для других наций»; 94 % полагают, что «роль Америки состоит в распространении свободы, с тем чтобы ее получило как можно больше людей». Эти настроения лишь усилились после трагических событий 11 сентября 2001 года.

ВРАГ: ВИРТУАЛЬНЫЙ

Построив национальную идею на противопоставлении себя остальному миру, Америка предопределила постоянное наличие у себя «врагов». Война, реальная или потенциальная, всегда присутствует в жизни государства, а «национальная безопасность» - стержневая идея внешней политики.

Безусловное доминирование в США либерально-демократической идеологии столь категорично, что навязчивая сила либерализма парадоксальным образом создает угрозу самой свободе. Сталкиваясь с военным и идеологическим давлением извне, либеральное сообщество, по словам историка либерализма Луиса Хартца, трансформируется в «колоссальный либеральный абсолютизм», который отождествляет «другое» с недобрым, провоцирует тревогу и истерию внутри страны и препятствует конструктивным действиям в мире (Hartz L. The Liberal Tradition in America. New York: Harcourt, 1991. P. 11-12). К такому политическому экстремизму особенно склонны прежде всего те, кто неистово настаивает на чистоте американской традиции.

Америка не понимает, как другие нации могут не разделять ее видение и не стремиться ей помогать, - ведь эта страна, построенная как идеальное государство на благо всех людей, воплощает Добро. Кто же захочет противиться Добру? Только тот, кто введен в заблуждение дурными правителями, или тот, кто представляет собой Зло. Здесь выстраивается классический силлогизм: Америка есть Добро - «Другой» не согласен с Америкой - «Другой» есть Зло. Непонятно Соединенным Штатам и то, что кто-то может не доверять их словам и ставить под сомнение благородство их намерений. Поэтому многие американцы искренне удивлены скептическим отношением Москвы к заявлению Вашингтона о том, что его планы разместить элементы системы противоракетной обороны в Польше и Чехии, Украине и Грузии, дескать, обусловлены необходимостью защиты Европы (!) от Ирана.

Под руководством Джорджа Буша США ненасытны в коллекционировании врагов. На традицию государственного мессианства накладывается мессианство лидера, убежденного в том, что он исполняет волю Бога. «Глобальная война» против терроризма, полномасштабные, очень сложные военные действия в Ираке и Афганистане, активизация экстремистских движений на всем Ближнем Востоке, только раззадорили американских силовиков-неоконсерваторов. Мало-помалу они начинают выращивать врага из Китая, который теперь рассматривается на будущее как наиболее вероятный противник. И еще хватает сил на то, чтобы объявить потенциальным врагом Россию, причем без каких-либо реальных провокаций со стороны последней.

Еще совсем недавно военные меры в отношении Ирана казались не более чем дурной шуткой. Теперь уже, похоже, вопрос не в том, проводить их или нет, а в том, как это делать. Дождаться установки всех центрифуг, чтобы несколькими ударами их уничтожить, либо, поскольку уж занялись демократизацией Ближнего Востока, заодно «сменить режим» и в Иране? Чем крупнее и злее враг, чем «глобальнее» война, тем выше в глазах Америки как ценность ее идеалов, так и необходимость их защиты и тем полнее она может выполнить свою миссию. Складывается впечатление, что президент Буш превратился в заложника идеи демократизации мира.

Ирония заключается в том, что, помимо Британии, «реальных», всерьез угрожавших ее территории, у Америки практически никогда не было: последний раз нога неприятеля (британского) ступала на американскую территорию в 1812 году. Но для того чтобы отнести кого-то к категории недругов, Америке не требуется посягательства на ее территорию. Враг Соединенных Штатов - это заведомо тот, чьи ценности и идеология не совпадают с американскими, а угрозы - воспринимаемая опасность интересам США, рассеянным по всему миру.

Такому специфическому определению врага способствовало еще и то, что Соединенные Штаты никогда не жили при системе баланса сил европейского образца. Баланс сил обязывает государства к скрупулезному анализу возможных результатов каждой внешнеполитической акции, значительно сокращает пространства для маневра и заставляет платить высокую цену за ошибки. Америка же с ее обширнейшими территориями, немногочисленными слабыми соседями и естественной защитой, обеспечиваемой океанами, могла позволить себе делать размашистые, невыверенные внешнеполитические шаги. С соседями - индейцами и мексиканцами - тонкое дипломатическое балансирование не практиковалось; просчеты не грозили территориальными потерями.

В итоге Вашингтон взял привычку не тратить слишком много времени на раздумья при принятии внешнеполитических решений, не обременять себя попытками точно рассчитать реакцию других сторон. Альянсы, которые США заключают с другими странами, носят злободневный и скоротечный характер. Иногда они воюют против тех, кого поддерживали, скажем, 15 лет назад. В конце 2001-го одной из первоочередных целей американских войск в Афганистане стал лидер моджахеждов Гульбеддин Хекматиар, который в 1980-е годы получал от ЦРУ крупные партии оружия на борьбу с Советским Союзом. Еще более яркий пример такого рода - сам Усама бен Ладен, ныне - «враг номер один». Во время ирано-иракской войны 1980-1988-го президент Рональд Рейган активно помогал Саддаму Хусейну, свергнутому Бушем в 2003 году.
Известно, что, «если нечто мыслится реальным, оно имеет реальные последствия». Так и Америка, настойчиво обращаясь с «несимпатичными» ей государствами, как с врагами, в конце концов делает из них настоящих врагов. Стремление к абсолютной безопасности (которой не существует) эффективно способствует этому процессу.

ОТВЕТ НА УГРОЗЫ: ВОЙНА И ДЕМОКРАТИЗАЦИЯ МИРА

Проживание в приграничной зоне во времена освоения Запада, любовь к военному делу, успешные локальные войны, отсутствие трагического опыта опустошительных народных войн, отношение к кровопролитию как к необходимости плюс огромная кинетическая мощь армии... Все эти факторы закрепили и поддерживают в Соединенных Штатах всепроникающий воинственный дух, который доминирует и над либеральным пацифизмом, и над гедонизмом общества потребления.

Такой менталитет подсказывает: наиболее предпочтительный ответ на угрозу родине - это война. Причем речь идет о войне на упреждение, ибо, как говаривал бывший министр обороны США Доналд Рамсфелд, «если мы не покажем готовность применить силу в данном конкретном случае, то доверие к нам в мире упадет до нуля». И более того - о войне безжалостной и сокрушительной, при которой число жертв противника на порядки превышает собственные потери, поскольку война, в соответствие с давней американской традицией, должна вестись с применением всей наличествующей силы.

Яркой демонстрацией этого духа является «доктрина одного процента», известная также как «доктрина Чейни», сформулированная в ноябре 2001 года (Suskind R. The One Percent Doctrine. New York: Simon & Shuster, 2006). Она гласит, что, даже если вероятность ядерной угрозы, например создание ядерного оружия пакистанскими учеными для «Аль-Каиды», составляет лишь 1 %, американское руководство при подготовке ответных мер должно расценивать эту маловероятную угрозу как несомненный факт.

Война и кровопролитие неотъемлемы от борьбы за свободу, а свобода требует кажддодневной борьбы за себя. «Древо свободы время от времени должно быть освежено кровью патриотов и тиранов. Кровь - естественное удобрение свободы», - писал отец-основатель США Томас Джефферсон. Америка, кровью заплатившая за свою независимость и свободу, ожидает, что другие пойдут по ее стопам: лучше война и кровь, чем «стабильность» при отсутствии свободы. «Стабильность» в понимании Соединенных Штатов - негативное явление в случае, если реальность не соответствует идеалам, и некоторый период хаоса - не слишком большая цена за будущую вечную свободу. Америка вполне комфортно чувствует себя в атмосфере хаоса, тем более что она создает его на своих условиях - подальше от своей территории. Сенатор Джозеф Байден, в частности, предлагает дать иракцам возможность «повоевать между собой до тех пор, пока те не поймут, что сами в этом виноваты». То есть пока противоборствующие стороны не устанут проливать кровь либо не истребят одна другую.

Историческая миссия в совокупности с логикой империи порождает в США желание переделать мир по своему образу и подобию. Исключительная мотивирующая сила и действенность этого подхода заключаются в том, что он одновременно служит достижению как материальных (национальные и коммерческие интересы), так и идеалистических (распространение свободы) целей. Необузданная алчность, которую вызвал к жизни экономический либерализм, сочетается с морализаторским превосходством и праведными призывами протестантских активистов, рисующих Соединенные Штаты как рыцаря демократии и универсальных прав человека. В итоге получается сильнодействующий коктейль, который пьянит разум Америки и ориентирует ее на всеобщую демократизацию мира. США не только используют демократию для продвижения своих интересов - они в нее еще и верят. Это и создает проблему.

По мнению Соединенных Штатов, правильность избранного ими курса подтверждается и успешной «перековкой» иммигрантов. Действительно, поварившись в плавильном котле несколько месяцев или лет, переселенцы начинают рассуждать о «свободе и возможностях», как стопроцентные американцы. Поэтому, подсказывает американская логика, если эти ценности будут «доставлены» на их родину, тамошние жители тоже примут их с воодушевлением. Да и сама многонациональная структура США «стягивает» мир воедино, поскольку, как правило, родственные и эмоциональные узы связывают иммигрантов со своим историческим «домом».

ОТВЕТ АМЕРИКЕ

Как обращаться с такой Америкой - чувствительной к угрозам и опасной в своей чувствительности? Как должна вести себя разумная и ответственная держава, чтобы и защищать свои интересы, и не провоцировать США?

Соединенные Штаты - партнер для взаимодействия очень сложный. Они по-большевистски категоричны и радикальны, предпочитают ультимативные методы урегулирования разногласий. Они практикуют старый советский подход: «Что моё - то моё, а о вашем поговорим!» Разговор с Вашингтоном возможен только по волнующим его вопросам. Решений, предлагаемых другими странами, администрация США не принимает, даже если они выгодны Америке.

Разные страны уживаются с ней по-разному. Например, Франция, которая так же, как и Россия, страдает фантомными имперскими болями, время от времени позволяет себе столкновения с Соединенными Штатами. Самый серьезный ущерб, который она несет вследствие этих атак, - потеря крупных коммерческих контрактов. В рядах врагов Америки Франция не окажется, поскольку у них общие ценности, и это дает Парижу простор для маневра.

Но и страны, которые исповедуют ценности, отличные от американских, тоже вовсе не обязательно попадают в список врагов. Это касается прежде всего государств, играющих важнейшую роль в системе национальной безопасности США, например, Саудовская Аравия и Пакистан. Даже тот факт, что их правительства этих стран финансируют фундаменталистские движения, допускают наличие у себя лагерей подготовки террористов и принимают активное участие в распространении ядерного оружия, не заставил Америку увидеть в них врагов. Важнее оказалось то, что данные державы богаты нефтью, обладают большим весом в регионе, содействуют Вашингтону в борьбе с исламским экстремизмом и предоставляют США территории для военного базирования.

Особую позицию в американской табели о рангах занимает Китайская Народная Республика: она пока не зачислена официально ни в партнеры, ни во враги. С одной стороны, Китай отвергает демократические ценности, активно вооружается, угрожает Тайваню, обладает слишком большим коммерческим влиянием на Соединенные Штаты. С другой - он не отвергает частную собственность и капитализм, служит гигантским рынком сбыта и труда для американских корпораций и является держателем огромной части американского долга и резервов в долларах. Именно благодаря деловым связям, от которых не могут отказаться ни государство, ни частные компании, серьезно влияющие на внешнюю политику, КНР не вызывает широкой критики. Пекин придерживается мудрой и эффективной тактики: не отвечает на эпизодические упреки «шумного соседа», не ищет «уважения», а спокойно и уверенно проводит ту политику, которую считает нужной. А по важным для него вопросам занимает весьма жесткую позицию (Тайвань, инцидент с американским самолетом в воздушном пространстве Китая, попадание натовских бомб в китайское посольство в Белграде).

Российская Федерация, по словам американских официальных лиц и специалистов по России, не станет партнером США, пока полностью не разделит западные ценности. До тех пор она будет пребывать в ряду стран, которые «назначаются» партнерами либо союзниками по необходимости или ради выгоды Америки.

В обозримом будущем Соединенные Штаты вряд ли решат, что Россия выполнила их требования о ценностях, - отчасти потому, что мы сами не стремимся показать это Западу, отчасти из-за того, что тот и не хочет замечать у нас позитивных изменений. Удивительно, однако, что Россия с ее значительной ролью в таких сферах (можно сказать, ключевых с точки зрения реальных политических интересов Америки), как нераспространение ядерного оружия, взаимодействие со странами-«изгоями», энергобезопасность, так и не стала для Вашингтона достаточно важным актором, чтобы он не стремился искать идеологических разногласий.

В коммерческом плане Россия также не заинтересовала США настолько, чтобы это связало обе страны взаимными интересами и подталкивало влиятельнейшее деловое лобби Америки к оказанию поддержки Москве. Свой вклад внесли также априорное предубеждение и недоверие к России, намертво въевшиеся в сознание американских идеологов за десятилетия холодной войны. Необходимо также понимать, что критика в адрес нашей страны, набирающая обороты в последние годы, не является спланированной кампанией. Это было бы слишком хорошо и просто. Отношение Америки заложено в самой ее идентичности и рождается спонтанно, без «приказа сверху».

Какого принципа следует придерживаться России во взаимодействии с Соединенными Штатами? «Выяснять отношения» надо только по действительно важным для Москвы вопросам - и уж тогда действовать жестко. Не стоит втягиваться в перепалки по второстепенной проблематике: они лишь генерируют ненужное напряжение. Необходимо также убрать со стола переговоров все, что выражается в терминах «уважение» и «признание», - ведь уважение приходит не иначе как вместе с самоуважением и соответствующей политикой.

Российский дискурс необходимо настроить на частоту американского сознания, то есть оперировать понятиями, принятыми в США, и наполнять их «американским» смыслом. Те немногие коммуникативные усилия, которые предпринимала Москва, за редкими исключениями выглядели топорно и лишь подливали масла в идеологический огонь.

Американская система с ее противовесами и многообразием общественных организаций, индустрией массовой коммуникации предоставляет широкие возможности и множество эффективных инструментов для формирования общественного мнения. Чтобы улучшить восприятие России, надо действовать через самих американцев. Тем более что большинство из них настроены сегодня очень критично по отношению к тем аспектам деятельности администрации , которые вредны и для России. О трезвомыслии многих влиятельных американцев свидетельствует, в частности, тот факт, что, реагируя на мюнхенское выступление президента Путина, некоторые серьезные комментаторы признали, что у Кремля есть основания для такой аргументации.

Россия могла бы ответить Америке тем же, чем та ответила Британии в 1776 году: обвинением в измене собственным идеалам и организацией движения «в поддержку универсальных прав и свободы». Такая суперидея, основывайся она на действительно универсальных ценностях, послужила бы достойным наполнением российского мессианства. Жаль только, что подобный сценарий относится скорее к области фантастики, нежели реальности.

http://oko-planet.su


Комментарии

Написать комментарий

Ваше имя:

Текст комментария
Подтвердите код, изображенный на рисунке

Читайте также

 
Территория Жизни
25 марта, 2013 | Пресс-центр
Территория Жизни | Общественная палата РФ пополнилась новым достойным представителем гражданского общества. Общественная палата РФ пополнилась новым достойным представителем гражданского общества. (8506)
Общественная палата Российской Федерации, один из важнейших институтов гражданского общества страны, призвана не только представлять общественное мнение по наиболее важным и актуальным проблемам социальной и политической жизни государства, но и оказы ...
 
 
Матрица угроз
04 марта, 2013 | Вероника Крашенинникова
Матрица угроз | «Мягкая сила» как концепция внешней политики России «Мягкая сила» как концепция внешней политики России (14174)
Недавно обнародованная концепция внешней политики России делает акцент на применении «мягкой силы». В интервью информационно-аналитическому изданию «Столетие» «Есть большой запрос на лидерство России в мире» и видео-интервью «Голосу России» «Операция ...
 
 
Политика
07 марта, 2014 | Вероника КРАШЕНИННИКОВА
Политика | Если нас жёстко критикуют на Западе, значит, мы ведем правильную политику Если нас жёстко критикуют на Западе, значит, мы ведем правильную политику (10999)

Знаем мы и то, что Америка всегда вела избирательную политику: лояльные террористы получали от Вашингтона поддержку, их США использовали для реализации своих целей; неподвластных - объявляли врагами. Тот факт, что российские силовые ведомства пр ...

 

Наши партнеры

 
 
 
 

Полезные ссылки

Корпоративная безопасность

Аутсорсинг безопасности

  

Консалтинг безопасности 

Работа в СБ

Проверки на полиграфе

Работа телохранителя  

Проверка контрагентов

Юридический консалтинг

Возврат долгов

Судебная защита Сопровождение сделок
Судебные экспертизы Внесудебные экспертизы Реестр ЧОО НСБ Третейский суд
Системы безопасности Системы контроля доступа Видеонаблюдение Системы охранной сигнализации
Адвокаты Москвы Адвокат по гражданским делам Лучший адвокат Решение вопросов

 


Продолжается работа НСОПБ по формированию федерального Комитета по оценке компетентности организаций ...
Роскомнадзор продолжает мониторить просторы рунета и блокировать ресурсы, которые нарушают действующ ...
В Большом кинозале Центрального музея Великой Отечественной войны на Поклонной горе состоялся Форум ...
22 ноября в пресс-центре медиа-холдинга РБК прошла организованная Гильдией негосударственных структу ...
21 ноября 2018 в Москве дан старт инвестиционной неделе ОАЭ. Инвестиционной Форум Абу-Даби – Москва ...
Решения по вопросам ценообразования и конкуренции на рынке охранных услуг предложат эксперты в ОП РФ ...
22 ноября состоялась конференция «Умный город – безопасный город», организованная МТПП совместно с Р ...
Дни Арктики в Москве
Арктический Форум “Дни Арктики в Москве” – мероприятие с традициями, проводитс ...
Мнение эксперта
Владимир Платонов МТПП
"За последние годы в Москве произошли качественные сдвиги ...
15 ноября 2018 года в рамках IV Форума Комплексной Безопасности «Безопасность. Крым-2018» в ГК "Ялта ...

Авторизация

Логин:   Пароль:    
   
  Забыли пароль? | Регистрация    
[x]
        Rambler's Top100